ВЕСТНИК

Химической промышленности

Вконтакте Твиттер Facebook LiveJournal

Пятница, 19 июля 2019 07:54

Владимир Николаевич ИПАТЬЕВ

Автор

1867 –1952 гг.

Его имя и по сей день больше известно в США, нежели в России, несмотря на то, что большую часть своих уникальных открытий выдающийся химик сделал на Родине. Однако в Америке Владимира Николаевича называли русским гением, а в СССР лишили гражданства и звания академика.

В.Н. Ипатьев родился 9 (21) ноября 1867 г. в Москве в семье архитектора Николая Ипатьева и Анны Глики. В семье было трое детей: помимо Владимира – дочь Вера и младший, Николай, впоследствии офицер, инженер и общественный деятель, владелец печально знаменитого Ипатьевского дома, в подвале которого был расстрелян вместе с семьей, слугами и домочадцами последний император Николай II. Семейные обстоятельства не позволили Владимиру после гимназии поступить в университет – он стал юнкером, учащимся московского Александровского военного училища. В училище преподавания химии практически не было, Ипатьев осваивал эту науку самостоятельно, по учебнику органической химии выдающегося немецкого ученого Адольфа Кольбе. Правда, уже через два месяца Ипатьев перевелся в петербургское Михайловское артиллерийское училище. Здесь он продолжил самостоятельно заниматься химией по учебникам «Основы химии» Дмитрия Менделеева и «Аналитическая химия» Николая Меншуткина.

После училища Ипатьев сдал сложнейшие экзамены в Михайловскую артиллерийскую академию. Чтение химической литературы не прошло даром – 23-летнего Ипатьева пригласили на Колпинский завод для анализа сталей и чугунов, а вскоре Владимир Николаевич стал самым молодым членом Русского физико-химического общества.

В мае 1892 г. Владимир Ипатьев был выпущен из академии, но оставлен в ней в должности репетитора. Три года спустя он защитил диссертацию «О действии брома на третичные спирты и бромистого водорода на ацетиленовые и алленовые углеводороды» и получил звание штатного преподавателя академии. За эту работу Русское физико-химическое общество присудило Ипатьеву малую премию им. А.М. Бутлерова. В январе 1901 г. в Химическом обществе он сделал доклад «О двойном каталитическом разложении алкоголей», чем начал цикл своих фундаментальных исследований. Только за один год им было опубликовано опубликовал почти столько же статей, сколько за все предшествующее время. За короткий период ученый разработал новые «высокотемпературные» методы получения олефинов из спиртов и, в частности, этилена из винного спирта. В качестве катализатора с успехом применил глинозем А12О3. Впоследствии оксид алюминия сделался не только самым распространенным катализатором, но и одним из лучших носителей. Важным достижением ученого стала полимеризация этилена, осуществленная в 1913 г.

Введение в каталитическую практику высокого давления потребовало революционной перестройки лабораторного оборудования. Ипатьев сконструировал специальный аппарат – «бомбу», снабженную термометром и термопарой для измерения давления и температуры. Она стала прототипом современных автоклавов.

Докторскую степень Ипатьев получил в 1908 г. в Петербургском университете и так как Ипатьев продолжал оставаться на военной службе и рос в чинах, в 1910-м он стал первым русским генералом, имевший докторскую степень по химии.

В годы Первой мировой войны Владимир Ипатьев уже генерал-лейтенант, председатель Химического комитета Главного артиллерийского управления русской армии. Позже Ипатьев так оценивал свою работу на посту председателя комитета: «Войну мы свободно могли продолжать еще очень долгое время, потому что к январю и февралю 1917 г. мы имели громадный запас взрывчатых веществ в миллионах различных снарядов и, кроме того, более миллиона пудов свободных взрывчатых веществ».

Постепенно Владимир Николаевич стал и близким человеком для императора, получавшего большое удовольствие от общения с человеком широкого кругозора и глубоких знаний. Ипатьев регулярно получал приглашения на обеды и завтраки у Николая II, однако не пользовался особой симпатией императрицы из-за того, что не мог сдержать своего критического отношения к Распутину.

Октябрьскую революцию Владимир Николаевич не принял. Однако после тяжелых раздумий он отказался как от предложений уехать на Запад для продолжения научной карьеры, так и от исходивших от высших офицеров предложений присоединиться к Белой армии.

Уже в ноябре 1917 г. большевики предложили Ипатьеву сотрудничество в деле развития химической промышленности. Владимир Николаевич согласился и в январе 1918 г. собрал Химический комитет и призвал к сотрудничеству с новым правительством. В 1919 г. Ипатьева назначают председателем Технического совета химической промышленности при ВСНХ. Под его руководством теперь находятся организация научных работ в области химии и фактическое управление химической промышленностью. В 1921 г. бывший царский сановник стал членом Президиума ВСНХ и членом Госплана, руководил Главхимом, будущим Министерством химической промышленности. При его непосредственном участии были созданы: Институт прикладной химии, Химико-фармацевтический институт, Институт удобрений и инсектофунгицидов, Радиевый институт.

Владимир Николаевич неоднократно встречается с В.И. Лениным, называвшим Ипатьева «главой нашей химической промышленности» и фактически давшим ему карт-бланш как внутри, так и за пределами РСФСР. В наиболее затруднительных ситуациях Ленин предложил звонить или телеграфировать ему лично. Когда в 1922-м Главхим был упразднен, также обсуждался вопрос о выводе Владимира Николаевича из состава Президиума ВСНХ, но Ленин дал указание, чтобы «Ипатьев входил в состав Президиума ВСНХ при всяком числе его членов».

В руках Ипатьева теперь находится организация научных работ в области химии, фактическое управление химической промышленностью, проектирование новых химических институтов и предприятий. По его инициативе создается Добровольное общество помощи развитию химии и химической промышленности в СССР. Как всенародное событие отмечался в 1927 г. 60-летний юбилей Ипатьева. Газеты помещали его портреты на первых полосах. А с трибуны торжественного заседания неслись слова: «Начиная с первых послеоктябрьских дней 1917 г. Ипатьев был первым начальником химической промышленности. Все, что было сделано потом, было сделано им... Если мы когда-нибудь поставим химическую промышленность на уровень с западно-европейской, то мы можем тогда смело сказать: это было сделано благодаря трудам Владимира Николаевича».

Несмотря на огромную занятость, ученый находил время для собственных исследований: в 1920-х годах напечатал около ста работ. В это десятилетие он поддерживал тесные научные и деловые контакты с зарубежными учеными и промышленниками в Германии, Франции, Бельгии, Англии, Голландии, Японии.

Тучи над головой Ипатьева начали сгущаться особенно после того, как властных полномочий лишился Л.Д. Троцкий. Ведь Ипатьева связывали с Троцким тесные, почти дружеские отношения. В 1929-м Владимира Николаевича вывели из Президиума ВСНХ, на Лубянке накапливались доносы по поводу частых поездок Ипатьева за границу, о том, что там он якобы встречался с врагами СССР.

Начались аресты коллег, близких друзей, учеников. Особенно встревожил Владимира Николаевича дутый процесс так называемой Промпартии. Рамзин, член Госплана, ВСНХ и один из главных разработчиков плана ГОЭРЛО, был признан главой якобы объединявшей «буржуазных спецов» Промпартии, приговорен к расстрелу, замененному на 10-летнее заключение, которое он отбывал в одной из первых «шарашек» ГПУ.

Решение эмигрировать, крайне тяжелое для Владимира Ипатьева, он окончательно принял в 1930 г. В июне этого года он получил персональное приглашение на Международный энергетический конгресс в Берлине. Оформление документов задерживалось, но одного из делегатов арестовали, а кроме того, в ГПУ были осведомлены, что у Ипатьева практически неизлечимая болезнь – рак горла.

Ипатьев вместе с женой выехал в Берлин, затем получил разрешение задержаться на лечение сроком на один год. Во Франции, куда чета Ипатьевых прибыла в конце 1930 г., деятели русской эмиграции приняли ученого очень холодно. Ему не могли простить «перерождение» из генерала императорской армии в деятеля большевистского государства. Имя Ипатьева вызывало также острую неприязнь еще и потому, что в доме его брата Николая в Екатеринбурге была расстреляна царская семья. Поэтому уже в сентябре 1930 г. Ипатьевы оказались в США.

 

Владимир Ипатьев вскоре после прибытия в США в 1930 г.

 

В Чикаго Ипатьеву была успешно сделана операция, и вскоре он начал читать курс лекций по катализу в Чикагском университете, а также приступил к исследованиям по контракту с фирмой Universal Oil Products Co (UOP) в оборудованной специально для него лаборатории. В 1931 г. отпуск Ипатьеву продлили на три года, но в 1935 г. он получил уведомление с требованием о возвращении. Приходящие из СССР сведения вызывали тревогу. Ипатьев отказывался верить в происходящее. Так, был арестован и сослан хорошо знакомый академик, физик Петр Лазарев, арестовали и позже расстреляли самого старшего из учеников, профессора Николая Орлова. Ипатьев, знавший о повальных арестах знакомых ему ученых и руководителей промышленности, пришел к убеждению, что арест при возвращении неизбежен.

В ответе на ультиматум он изложил причины, мешающие возвращению в СССР: обязательства перед фирмой UOP, болезни и возраст, а главное то, что результаты его работы в США могут использоваться в СССР. Однако доводы невозвращенца никто принимать во внимание, естественно, не стал. 23 декабря 1936 г. собирается Общее собрание академии, посвященное развитию химии в СССР. На его последнем заседании Ипатьева большинством голосов лишают звания действительного члена. Там же его сын Владимир, как следует из протокола заседания, счел его действия «несовместимыми с достоинством советского гражданина» и отрекается от отца. Только спустя много лет выяснится, что слова сына в протоколе фактически были фальсифицированы.

Вскоре ЦИК лишил ученого советского гражданства. Были изъяты все его печатные издания, запрещены ссылки на опубликованные работы.

Ипатьев стал профессором в Чикаго, а также работал на Universal Oil Products Company. Продолжая на основе имеющегося задела успешно решать задачи катализа для нефте- и органической химии, в 1935 г. он первым предложил промышленный каталитический крекинг, который безотлагательно был внедрен в промышленность. Фирма Shell стала выпускать продукты с использованием промышленного каталитического крекинга в количестве 3 000 куб.м\ч. Работы Ипатьева привели к ряду выдающихся изобретений, которые быстро нашли широкое всемирное практическое применение. Прежде всего это синтез и полимеризация этилена, пропилена, дивинила, изопрена и других наиболее распространенных полимеров, что дает основание считать Ипатьева отцом современной промышленности полимеров.

Прославившим его изобретением стал высокооктановый бензин, позволивший самолетам союзников добиться решающего перевеса в скорости во время Второй мировой войны. Особенность такого бензина – стойкость к детонации, возможность форсировать режим работы двигателя, что особенно было важно в авиации. Благодаря предложенным Ипатьевым методам удалось производить десятки миллионов литров в месяц 100-октанового авиационного топлива. Благодаря этим богатым энергией смесям самолеты-истребители ВВС Великобритании смогли удержать превосходство в воздухе и отразить превосходящие немецкие военно-воздушные силы в Битве за Британию в июле–октябре 1940 г.

20 с лишним лет Ипатьев пребывал в должности профессора и директора лаборатории катализа и высоких давлений Нортуэстернского университета близ Чикаго. В ней он с успехом продолжал свои фундаментальные исследования, в частности, исследуя практически важные процессы циклизации олефинов. Исследования Ипатьева позволили наладить производство всевозможных полимеров и пластмасс.

В разгар Второй мировой войны он сделал попытку хлопотать о возвращении: через посла А.А. Громыко передал соответствующую просьбу советскому правительству. Позднее в своих мемуарах Андрей Андреевич описывал, как престарелый ученый плакал у него в приемной, бессильно повторяя: «Поймите, мне нет жизни без России…». Однако специальное постановление ЦИК навечно запрещало Владимиру Ипатьеву возврат на родину, и ответ был отрицательным. Так же прореагировали власти СССР на повторную попытку в 1951 г. Ипатьев умер 2 декабря 1952 г.

Его творческое наследие составили около 400 научных статей, несколько десятков книг, более 200 изобретений, защищенных патентами США. На могильной плите великого ученого надписано: «В память о русском гении Владимире Николаевиче Ипатьеве, изобретателе октанового бензина».

Имя выдающегося ученого вернулось на родную землю 38 лет спустя после его кончины: в марте 1990 г. общее собрание Академии наук Советского Союза восстановило (посмертно) в членах академии Владимира Николаевича Ипатьева.

Прочитано 260 раз
НИИТЭХИМ

niitekhim.com/ | Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

Оставить комментарий

Убедитесь, что Вы ввели всю требуемую информацию, в поля, помеченные звёздочкой (*). HTML код не допустим.